Художник

Неизвестный Эрнст

Эрнст Неизвестный, 1925

Да простят меня мои старшие товарищи искусствоведы, но Неизвестного и Церетелли объединяют две вещи – во-первых, наличие государственных заказов во внушительном количестве. Второе – это чувство некоторой растерянности, возникающее перед творением рук вышеупомянутых персонажей. Но если в случае с Церетелли растерянность обоснована неспособностью (моей лично) соотнести его работы с контекстом истории искусств мировой и отдельных стран в частности, то в случае с Неизвестным всё объясняется намеренной деформацией чаще всего человеческого тела, дабы усилить выразительность. И тогда становится понятно, что работы Неизвестного это, прежде всего, мощная пластика, в которой реалистические формы невероятным образом соединяются с абстракцией.

Само слово абстракция, да и вообще всё то, чем Неизвестный занимался, не очень соответствует методу социалистического реализма, чем он и вызывал неоднократное недовольство властей. Всем известен громкий эпизод разговора с Хрущёвым «за искусство» в стенах ЦВЗ Манеж в 1962 году. Разговор не оказался продуктивным. В итоге Неизвестный, как сам говорит, был лишён возможности работать в качестве художника вплоть до его выселения из страны в 1976 году.

А ведь как всё начиналось! Опуская некоторые подробности романтической биографии Неизвестного, а также его заслуги перед Отечеством, упомяну его преподавателей в Институте имени Сурикова – Манизер, Меркуров, Вучетич, Томский – крайне официальными художники, официальней не придумать. Мало того, ещё тогда, студенческие работы Неизвестного были приобретены в собрание Русского музея и Третьяковки. Впечатляет, но: «Однако ещё при Сталине, будучи студентом, я начал делать вещи неофициальные, конспирируя их. Разногласия с соцреализмом возникли в первую очередь у фронтовиков. Многие из этих людей были даже коммунистами, но их переживания и жизненный опыт не соответствовали гладкописи соцреализма. Мы не теоретически, а экзистенциально выпадали из общепринятого, нам требовались иные средства выразительности».

И всё-таки, сказать, что Неизвестный - представитель неофициальной культуры нельзя, он и сам с такой постановкой вопроса не согласен. До эпизода 1962 года у Неизвестного были и официальные и полуофициальные выставки, среди которых даже «Выставка конкурсных проектов памятника В.И. Ленина, монумента Победы и здания Дворца Советов». Да и после «30 лет МОСХа» Неизвестный продолжал отстаивать собственную позицию – так в 1963 году на 2й встрече представителей партии и творческой интеллигенцией в Доме приёмов на Ленинских горах: «Я убеждён что скульптор должен стремиться к простоте… Искусство скульптуры – идейно… Я с верой смотрю в будущее... Я думаю, что меня назовут помощником партии… Я работаю…» (из воспоминаний Б. Жутовского). Также было установлено несколько монументов авторства Неизвестного, но все они были заказаны до 1962 года. Были и выставки, преимущественно в республиках Советского Союза и на Западе (например, 1964 – Aspects of Contemporary Soviet Art, London; 1967 – 60 Years of Russian Art: the Great Experiment and after – Chicago; 1971 – “50 лет итальянской коммунистической партии” и т.д.).

В 1974 году был установлен памятник Хрущёву на Новодевичьем кладбище авторства Неизвестного, а через два года Неизвестного выслали в Швейцарию. При чём, на момент 1975 года в беседе с Б. Жутовским Неизвестный был уверен, что вернётся года через два.

В заключении хотелось бы вспомнить знаменитую максиму Кошелохова (в пересказе Е. Андреевой) «хуярить, хуярить и хуярить» - главный принцип человека творческого, а не «хуячить, хуячить и хуячить»: «Что такое «хуячить»? Вот работяги-халтурщики асфальт кладут, дыры латают спустя рукава. А где-нибудь в Сибири шахтёр вгрызается отборным молотком в породу и хуярит, не жалея себя, изо всех сил, так и картину пишешь». В случае с Неизвестным ещё и отливаешь бронзу или бетон. За это ему и респект.

Алеся Подлесных


Официальный сайт художника http://www.enstudio.com/
[ http://www.enstudio.com/ ]

Живопись
Без названия
Без названия, 1980
92х60,5
холст, масло